В сети завирусилась фотография Джеффри Эпштейна, сделанная в 1998 году в Сарове — главном центре ядерной промышленности России. На снимке финансист стоит у дома академика Сахарова вместе с предпринимательницей в сфере компьютерных технологий Эстер Дайсон и молодым российским физиком Павлом Олейниковым. RT выяснил, зачем скандальный финансист приезжал в закрытый город, как его визит мог быть связан с деятельностью Сергея Усольцева, загадочно пропавшего в красноярской тайге, а также узнал судьбу инженера, сопровождавшего Эпштейна в поездке.
По сети разошлась фотография с Джеффри Эпштейном, сделанная в апреле 1998 года в Сарове. Вместе со скандальным миллиардером на снимке позируют предпринимательница в сфере компьютерных технологий Эстер Дайсон и молодой сотрудник ВНИИТФ Павел Олейников.
Первыми на этот снимок из секретного и закрытого российского города обратили внимание американские журналисты и блогеры, которые расследовали связь Эпштейна с основателем Microsoft Биллом Гейтсом. Они выяснили, что в той же поездке в Россию весной 1998 года принимал участие советник Гейтса в Microsoft Натан Мирвольд.
По данным журналистов, бизнесмены исследовали научный потенциал России и возможность инвестиций в ядерные наукограды.
Как Эпштейн оказался в Сарове, куда даже сегодня почти невозможно попасть ни россиянину, ни тем более иностранцу, достоверно неизвестно. Однако в те годы в России действовала программа «Инициатива атомных городов» (ИАГ), которая разрабатывалась при участии Департамента энергетики США и была направлена на предотвращение утечки ядерных технологий.
«Делегации приезжали регулярно»
Как ранее рассказывал RT, суть программы заключалась в создании новых рабочих мест для бывших сотрудников ядерных производств — в том числе с привлечением американских инвестиций.
«Тогда (в США) была такая волна, что русские атомщики побегут, будет утечка информации. Задумка у американцев была вкладывать деньги, чтобы атомщики могли работать. Это сопровождалось открытием научных центров. В рамках такого сотрудничества в российские ядерные города регулярно приезжали американские делегации», — объясняет сотрудник снежинского ВНИИТФ Владимир Ананийчук.
Его бывший коллега инженер-физик Павел Олейников, попавший в кадр в Сарове, как раз и сопровождал в качестве переводчика одну из таких делегаций, в составе которой были Эпштейн, Дайсон и, возможно, Мирвольд.
Сам молодой учёный также был тесно связан с программой ИАГ и о её реализации впоследствии подробно рассказывал в научных журналах, посвящённых ядерной тематике.
Судя по публикациям в профильных изданиях тех лет, после приезда Эпштейна и Дайсон в Сарове, а через несколько лет в Снежинске в рамках сотрудничества с США открылись компьютерные центры.
Интересно, что той же самой программой сотрудничества с американцами, но только в другом закрытом городе — красноярском Железногорске — руководил предприниматель Сергей Усольцев, загадочно исчезнувший в тайге прошлой осенью.
Взаимодействие с США Усольцев осуществлял через свою фирму «Международный центр развития — Железногорск», основанную в 1999 году. Эта работа позволила привлечь в город инвестиции на несколько миллионов долларов.
После таинственного исчезновения Усольцева и всей его семьи прошлой осенью высказывались версии о тайном побеге предпринимателя с его женой и дочерью за границу. Эту теорию обосновывали как раз «чувствительной» деятельностью Усольцева в 1990-х и его возможной связью с гостайной.
Впрочем, Владимир Ананийчук говорит, что американское взаимодействие с российскими ядерными городами проводилось с чётким соблюдением всех правил секретных объектов.
«Американцы сами не влезали, они делали какую-то совместную работу, писали отчёты, проводили семинары, — перечисляет собеседник RT. — Конечно, всё это делалось в соответствии с нашими порядками и правилами, всё это очень ответственно проверялось. Был интенсивный обмен по самым разным темам. Нам, в свою очередь, было очень интересно увидеть, как работают американцы».
Уехал в США, не вернулся
Вместе с тем, как выяснил RT, Павел Олейников, сопровождавший Эпштейна в поездке в 1998 году, через несколько лет после этого уехал из России в США. Сейчас он живёт в Калифорнии и преподаёт программирование.
Бывшие коллеги Олейникова рассказали RT, что Павел был потомственным ядерщиком — его отец Владилен также многие годы проработал в снежинском ВНИИТФ.
Сперва Олейников-младший пошёл по стопам отца: окончил местный филиал МИФИ, отучившись на физика, поступил на работу инженером в институт, участвовал в научных разработках. Однако, как говорит его бывший коллега Ананийчук, в вузе талантливый юноша «блестяще выучил английский язык». Это оказалось полезно для его руководства во ВНИИТФ — Павла стали звать на встречи с американскими коллегами в качестве переводчика.
«Тогда был разгар взаимодействия с США, он помогал общаться с американцами и на конференциях, и в переговорах различных. Его за это очень ценили», — вспоминает Ананийчук.
Другой коллега Олейникова — тоже переводчик Международного центра сотрудничества в Снежинске Владимир Литвинов — также признаёт, что работал Павел отлично. По его словам, в Америке Олейников получил грант на написание научной работы об участии немецких учёных в советском ядерном проекте.
«Олейников очень активно катался с делегациями — они тогда постоянно приезжали, были бесконечные встречи, разговоры. Сначала Павел работал в институте, затем в городской администрации — тоже переводчиком. А потом уехал в США. Вроде как поехал с делегацией, да и не вернулся. Это было в начале нулевых», — вспоминает собеседник RT.
RT попытался связаться с Павлом Олейниковым, чтобы узнать подробности поездки Эпштейна по российским ядерным наукоградам, однако к моменту публикации так и не получил ответа.
